Понятие юридического лица в Беларуси. Курсовая работа.

1.2 Юридическое лицо в советский период

Образование СССР привело к возникновению новой правовой системы – права союзного государства, тесно взаимосвязанного с правовыми системами союзных республик.
Право Белорусской ССР в этот период было направлено на восстановление разрушенного длительными войнами народного хозяйства, на укрепление советской власти и создание советского государственного аппарата.
Собственное законодательство республики развивалось по нескольким направлениям. Прежде всего, используя российский законодательный опыт, постановлениями высших органов власти Белорусской ССР на ее территории вводились в действие законодательные акты РСФСР, поскольку собственного законодательного опыта было еще недостаточно. Так, Постановлением Президиума ЦИК БССР Уголовный кодекс РСФСР был введен в действие на территории республики с 1 июля 1922 г., Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР- с 15 июля 1922 г., Гражданский кодекс РСФСР — с 1 марта 1923 г. С 1 сентября 1923 г. ЦИК БССР распространил действие на территории Беларуси Гражданского процессуального кодекса РСФСР. Таким образом, на первых этапах развития белорусской советской государственности ключевые отраслевые нормативные правовые акты, которые действовали на территории БССР, являлись законодательными актами РСФСР. При этом необходимо отметить, что кодексы, распространявшие свое действие на территорию Беларуси, в БССР стали рассматриваться как кодексы БССР [26, С.168].
И так, Постановлением Президиума ЦИК БССР от 2 февраля 1923 г. Гражданский кодекс РСФСР был введен в действие на территории БССР с 1 марта 1923 г. [15].
В ГК 1922 г. впервые в отечественном гражданском праве было дано легальное определение юридического лица: юридическими лицами признаются объединения лиц, учреждения или организации, которые могут, как таковые, приобретать права по имуществу, вступать в обязательства, искать и отвечать в суде (ст. 13).
Кодекс воскресил и значительно развил такие формы юридических лиц, как полное товарищество (ст. 295-311), товарищество на вере (ст. 312-317), акционерное общество или паевое товарищество (ст. 322-366). Появился новый вид товарищества — с ограниченной (а точнее, с дополнительной) ответственностью (ст. 318-321).
Однако господствующей формой юридического лица оставалось государственное предприятие.
Согласно нормам ст. 19 ГК РСФСР 1922 г. тресты являлись государственными промышленными предприятиями, которым государство предоставило самостоятельность в производстве своих операций согласно утвержденному для каждого из них уставу и которые действовали на началах коммерческого расчета с целью извлечения прибыли. Трест являлся юридическим лицом и мог состоять из одного или многих предприятий — производственных единиц[23, С.93].
По типу промышленных трестов образовывались также государственные торговые предприятия (торги), положение о которых было принято 17 августа 1927 г.27[13]
В конце 20-х гг. нормы ГК 1922 г. и принятые в его развитие акты законодательства практически перестали применяться. 29 июня 1927 г. было принято новое Положение о трестах, которое усилило планово-регулирующее влияние органов, под началом которых состояли тресты. В 1928 г. издано новое положение о государственных сельскохозяйственных трестах (госсельхозтрестах), в состав которых входили советские хозяйства (совхозы) [23, С.93].
Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 20 октября 1925 г. было утверждено Положение о торговой регистрации[14], согласно которому правоспособность всех видов юридических лиц, занимающихся промышленной и торговой деятельностью, возникала с момента их регистрации, если иное не устанавливалось в специальных законах, на основании которых были учреждены эти лица (п. 2, 3).
В августе 1927 г. было принято Положение об акционерных обществах[23, С.94]. Однако к началу 30-х гг. практически все акционерные общества были преобразованы в государственные предприятия.
Постановлением ЦК ВКП(б) от 5 декабря 1929 г. «О реорганизации системы управления промышленностью» основным субъектом хозяйствования в промышленности было признано социалистическое государственное производственное предприятие[23, С.94].
В ходе реформы управления промышленностью, проведенной в 30-е гг., синдикаты были ликвидированы, а на их основе созданы государственные всесоюзные и республиканские хозяйственные объединения.
Объединения являлись юридическими лицами и могли включать в себя три категории предприятий: производственные единицы, т.е. предприятия без прав юридического лица; самостоятельные предприятия с правами юридического лица; обособленные предприятия, по отношению к которым объединение осуществляло только планово-регулирующие функции.
В 1934-1935 гг. объединения ликвидируются, на их место приходят предприятия. Помимо трехзвенной системы управления промышленностью (отраслевое главное управление министерства — трест -предприятие) вводится двухзвенная система (главк — предприятие) [23, С.94].
Главк имел права юридического лица и осуществлял планово-управленческие функции. Главк также мог находиться на хозрасчете и при этом централизовал снабженческо-сбытовую деятельность предприятия. Такая система существовала почти 30 лет[18, С.253].
Как видим, в советский период законодательное развитие категории юридического лица было связано не с поиском наиболее оптимальных правовых конструкций, а с проводимыми социалистическим государством многочисленными реформами управления экономикой. Реформы поочередно влекли за собой то централизацию, то децентрализацию, а в результате предприятия получали то меньше, то больше свободы распоряжаться своим имуществом и средствами.
К моменту принятия Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 г. и ГК 1964 г. на просторах СССР насчитывалось около десятка различных видов юридических лиц [23, С.96].
.Очередная хозяйственная реформа 60-х гг. была направлена на ослабление централизованного руководства промышленностью, укрепление экономического и правового положения предприятия. Реформа 70-х гг. снова предполагала укрупнение производства [23, С.95].
Развитие системы юридических лиц в период перестройки экономического механизма в СССР (1980-1990 гг.) также имело неоднозначный характер. В этот период были приняты ряд общесоюзных нормативных правовых актов: Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 мая 1983 г. «О порядке осуществления деятельности на территории СССР совместных хозяйственных организаций СССР и других стран-членов СЭВ»[11] всем государственным организациям было разрешено создавать международные объединения и совместные предприятия с иностранным участием.
13 января 1987 г. Совет Министров СССР принял постановление № 48 «О порядке создания на территории СССР и деятельности совместных предприятий, международных объединений и организаций СССР и других стран — членов СЭВ»[10] и постановление № 49 «О порядке создания на территории СССР и деятельности совместных предприятий с участием советских организаций и фирм капиталистических и развивающихся стран» [9].
Совместные предприятия (СП) являлись юридическими лицами (п. 7 постановления № 48; п. 6 постановления № 49), близкими по форме к обществу с ограниченной ответственностью. Учредительными документами совместного предприятия были названы учредительный договор и устав (п. 8; п. 7). В частности, в постановлениях указывалось (п. 4; п. 2), что решения о создании совместного предприятия принимаются государственными предприятиями, объединениями и организациями с согласия вышестоящего органа управления. Созданные на территории СССР совместные предприятия после вступления в силу документов об их создании регистрируются в Министерстве финансов СССР и приобретают права юридического лица с момента регистрации. Сообщение о создании СП публикуется в печати (п. 9; п. 9).
26 мая 1988 г. был принят Закон СССР «О кооперации в СССР»[8], регламентирующий создание и деятельность производственных и потребительских кооперативов, каковыми признавались добровольные объединения граждан (не менее трех) на началах членства для совместного ведения хозяйственной или иной деятельности на базе принадлежащего кооперативу на праве собственности, арендованного или предоставленного в бесплатное пользование имущества (п. 1 ст. 5, п. 1 ст. 11). Кооператив считался созданным с момента регистрации его устава в исполнительном комитете Совета народных депутатов по месту нахождения кооператива (ст. 11).
Как видим, кооперативы, равно как и совместные предприятия, стали первыми в СССР со времен нэпа юридическими лицами частного права, основанными на частной собственности на средства производства[23, С.97].
23 ноября 1989 г. Верховный Совет СССР принял Основы законодательства Союза ССР и республик об аренде[7], часть положений которых (ст. 16-28) были посвящены правовому регулированию создания и деятельности арендных предприятий.
Согласно нормам ст. 16 Основ законодательства об аренде, трудовой коллектив государственного предприятия (объединения) был вправе образовать организацию арендаторов как самостоятельное юридическое лицо для создания на его основе арендного предприятия. Решение об образовании организации арендаторов и ее органов управления принималось общим собранием (конференцией) трудового коллектива не менее чем % голосов его членов. Организация арендаторов совместно с профсоюзным комитетом разрабатывала проект договора аренды и направляла его государственному органу, уполномоченному собственником сдавать в аренду государственные предприятия, который обязан был рассмотреть его в течение 30 дней со дня получения. Разногласия, возникающие при заключении договора аренды, рассматривались Государственным арбитражем. После подписания договора организация арендаторов принимала в установленном порядке имущество предприятия и приобретала статус арендного предприятия [33, С. 111-112].
Таким образом, законодательная база института юридического лица в советский период была неоднозначной и не однородной. После приобретения Республикой Беларусь своей независимости стали приниматься национальные нормативные правовые акты: Указ Президента Республики Беларусь от 27.11.1995 № 482 «О создании и деятельности в республике хозяйственных групп», Закон Республики Беларусь «О хозяйственных обществах» от 09.12.1992 № 2020-XII, Закон Республики Беларусь от 10.12.1992 № 2034-XII «О противодействии монополистической деятельности и развитии конкуренции» [25, С.34] и др. Вместе с тем, еще длительное время (до 1999 года) действовал ГК БССР 1964 года с многочисленными изменениями и дополнениями.

1.3 Научные концепции о природе юридического лица

Процесс образования понятий одинаков у всех народов. В начале возникновения в общественной жизни какого-либо явления понятие о нем еще весьма смутное. Установление строго определенных понятий — это дело дальнейшей жизни народов. Именно так, по мнению Л.Л. Гервагена, обстоит дело с определением понятия юридического лица[19, C.2].
Зачатки понимания правовой природы юридического лица мы находим еще в Древнем мире, у греков и римлян.
Греческая античная философия понятия субъект права еще не знала. Известный германский ученый Отто фон Гирке писал, что древние феки понимали право как гармонический порядок государственного общежития, т.е. только в объективном смысле. Поэтому феческая философия не выработала понятие субъективного права, как и обособленное понятие фажданского права. Гражданские права рассматривались лишь как следствие принадлежности фажданина к государству[23, С.105].
Известно, что идея юридического лица как самостоятельного субъекта фажданского права составляет крупнейшую заслугу римского права, хотя в самом Риме эта форма союзной организации вырабатывалась достаточно медленно[29, С.307]. По выражению Н.Л. Дювернуа, римская мысль ясно представляла себе возможность сочетания личности, конкретной правоспособности с человеком и так же легко разрывала эту связь, низводя человека до категории вещей или давая личный характер обладания там, где отдельного человека как обладателя назвать нельзя[21, С.269-271].
В Европе XI—XII столетий учение о юридическом лице развивалось христианской теологией и глоссаторами.
Глоссаторами именовали юристов, изучавших римское право и одновременно толковавших источники с точки зрения современной им философии. Примечания, которыми они снабжали римские тексты, называли глоссами (от латинского glossa — слово, требующее пояснения).
Глоссы записывались на полях книг (marginales) либо между строками (interlineares). Глоссаторы комментировали текст и цитировали своих предшественников, создавая особые книги (apparatus) в виде непрерывающихся комментариев к текстам источников. Со временем последовательно изложенный комментарий принимался школой или университетом в качестве пособия для преподавания (glossa ordinaria), которое читалось и комментировалось для слушателей.
В XII—ХШ столетиях европейская юриспруденция образовала две ветви — каноническую и светскую, представители которых назывались канонистами и легистами.
Именно средневековые ученые — поздние глоссаторы (консилиаторы) и канонисты (папа римский Иннокентий IV и др.), на основании фикции как приема научного мышления впервые применили к корпорации понятие личности и ввели в правовую науку сам термин — юридическое лицо (Rechtssubjektivitat) [23, С.105].
Распространение юридических лиц в имущественном обороте и законодательные построения, регламентирующие их жизнедеятельность, стимулировали развитие науки. Особая заслуга принадлежит германской правовой науке, которая пыталась объяснить феномен юридического лица с позиций философии.
Философские концепции XIX-XX вв. Проблему философского понятия природы юридического лица в середине XIX в. поставил профессор Фридрих Карл фон Савиньи. Вслед за ним вопрос о сущности юридического лица был подвергнут всестороннему анализу многими учеными, каждый из которых, чувствуя недостатки предшествующих теорий, начал разрабатывать собственные научные концепции, развитие которых продолжается в современную эпоху[23, С.106].
Появившиеся в конце XIX в. теории о сущности юридического лица Л.Л. Герваген разделил на четыре группы[19, С.3-4]. Принимая за основу его классификацию, можно указать несколько направлений, по которым шло формирование современного понятия юридического лица.
Теория фикции (олицетворения). Названная теория господствует в философии и юриспруденции начиная с XII в. и вплоть до наших дней. В средние века ее развивали Ансталт, Гугопинус, Пиллиус, Штифтунг, Иннокентий IV, Бартол, Цинус, Олрадус и другие ученые. Окончательное свое выражение она получила в работах Ф.К. Савиньи (1840-е гг. ), Бирлинга (1894) и других правоведов XIX в. под названием теория олицетворения.
Согласно этой теории корпорация, или союз, есть совокупность отдельных людей, которая при помощи фикции как научного приема, т.е. заведомо неправильного утверждения, рассматривается в качестве лица. Государство при помощи фикции на основании закона признает или создает искусственного субъекта права, допускаемого только в частном праве для достижения целей, поставленных отдельными людьми.
Как отмечает Л. Эннекцерус, при таком подходе юридическое лицо является недееспособным лицом, которое совершенно так же, как недееспособные физические лица, выступает через своих представителей, действия которых, при условии, что они совершены от имени юридического лица и в пределах предоставленных полномочий, создают права и обязанности для юридического лица, но не могут считаться действиями самого юридического лица[35, С.354].
В данной теории можно выделить четыре направления.
1. Сторонники первого направления, в частности германские правоведы Савиньи, Георг Фридрих Пухта (1840, 1849, 1851), Резлер (1861) и другие ученые, считают, что государство при помощи фикции создает искусственного субъекта права.
2. Выразители второго направления полагают, что закон не создает, а только примиряется с существованием искусственного субъекта права, который играет роль лица.
В числе авторов и последователей данной концепции нужно указать таких германских ученых, как Лфейфер (1847), Арндтс (1859, 1874), Унгер (1859), Рот (1880) и др.
3. Теория персонификации разработана в конце XIX — начале XX столетия русскими учеными Г.Ф. Шершеневичем, A.M. Гуляевым, Е.Н. Трубецким, ИМ. Тютрюмовым. По их мнению, юридическое лицо есть то, что, не будучи лицом физическим, признается законом субъектом права.
4. Русский профессор В.Б. Ельяшевич считал юридическое лицо приемом юридической техники (1910) [23, С.107].
К вышеназванной концепции близка теория правового средства, созданная профессором Б. И. Пугинским (1984). Согласно этой теории юридическое лицо есть признак некоего сообщества или организации, наделение которым со стороны государства дает им возможность участвовать в гражданском обороте как единым субъектам права[23, С.107].
Последователем данной теории можно назвать И.П. Грешникова (1997, 2002), который полагает, что юридическое лицо есть правовая конструкция, позволяющая включить различные организованности в круг субъектов гражданского права.
Концепция «целевого» или «бессубъектного» имущества в сущности является развитием теории фикции (олицетворения).
Сторонники этой теории пришли к выводу, что встречаются ситуации, когда в действительности субъекта нет. В частности, возможность существования субъективных прав без субъекта пытаются доказать немецкие юристы Виндшейд (1853) и Кеппен (1856, 1862).
Другой германский ученый, Алоизий Бринц (1857), полагает, что иногда субъектом является понятие или цель. Кроме того, по мнению Э. Беккера (1861, 1886), субъектом может выступать то, что дает лицу власть распоряжения правом, например, ценная бумага[23, С.107].
В начале XX столетия в России аналогичных взглядов придерживался Б.С. Мартынов (1927). В наше время данная концепция существенно развита и проработана профессором Е.А. Сухановым (1991, 1998, 2002), который считает, что сущность юридического лица составляет участвующее в гражданском обороте обособленное имущество.
Доктрина реального субъекта. Целый ряд ученых полагали, что юридическое лицо есть реальный субъект права. Как подчеркивал Л. Эннекцерус, при таком понимании юридическое лицо мыслится как действующее самостоятельно, через свои органы, действия которых в пределах установленной компетенции считаются действиями самого юридического лица[35, С.354].
Следует отметить, что ряд правоведов согласились со сторонниками теории фикции (олицетворения) в том, что юридическое лицо не является самостоятельным субъектом права, представляет собой некую конструкцию, созданную правом, правовую фикцию. Однако, по их мнению, все предыдущие учения не отвечали на вопрос о сущности юридического лица. Для решения этой проблемы необходимо выяснить, кто является действительным субъектом прав юридического лица. Если снять с юридического лица все покровы, то окажется, что за ним скрываются реальные участники общественных отношений — люди либо что-то иное, определяющие деятельность юридического лица.
Особо следует выделить концепцию, разработанную профессором В.П. Грибановым (1961), который полагал, что юридическое лицо есть в сущности трудовой коллектив, за которым стоит государство и администрация во главе с руководителем.
Нужно отметить, что о возможности или необходимости выявления материального, человеческого либо иного субстрата юридического лица писали многие российские ученые в советский период, в частности М.И. Брагинский (1981), Д.М. Генкин (1955), В.А. Ойгензихт (1983), К.Э. Торган (1982) и др.[23, С.108].
Приведенная классификация научных теорий о сущности юридического лица весьма условна и отнюдь не претендует на исключительность. Вряд ли можно уложить все теоретические построения, отдельные утверждения и высказывания многих ученых в прокрустово ложе сухой логической схемы. Авторы перечисленных доктрин жили и писали каждый в свою эпоху, в специфических исторических условиях.
Таким образом, одновременное существование множества столь разных научных концепций о природе юридического лица объясняется сложностью этого правового явления. В определенные исторические периоды развития общества на первый план выдвигались различные признаки юридического лица, в зависимости от того, какая из функций этого института превалировала на данном этапе. Большинство разработанных учеными теорий о природе юридического лица вполне отвечали потребностям тех конкретных условий, в которых они создавались. Развитие научных взглядов в целом отражает эволюцию института юридического лица.