Психологические аспекты внушаемости жертв мошенничества

2.2. Взаимодействие жертвы и преступника в процессе совершения мошенничества

Статистика свидетельствует о том, что в последние годы имеет место некоторое сокращение количества зарегистрированных фактов мошенничества в Беларуси. Так, в 2010 году таких преступлений было зарегистрировано 4596, что на 4,9% меньше, чем в 2009-м [4]. В первом квартале 2011 года зарегистрировано 1150, что 5,4 % меньше, чем за аналогичный период 2010 года[5].
Вместе с тем, современное мошенничество претерпело существенные качественные изменения, и появились новые виды мошеннических посягательств в таких секторах экономики как, банковский, страховой, рынок недвижимости.
Мошенничество носит интеллектуально-информационный характер. С помощью искажения информации мошенник воздействует на интеллектуально-волевую сферу жертвы, тем самым манипулируя ею. Но жертва не понимает об этом, жертва думает, что она действует по собственному желанию и лишь только после совершения преступления происходит понимание действительности. Все это возможно лишь благодаря тому, что жертва мошенника сама в какой-то части обладает свойствами преступника: жадностью, авантюризмом, алчностью. Используя эти качества, мошенник добивается своего.
Основная цель мошенника – усыпить бдительность Взрослого жертвы и перевести диалог на уровень Ребенок – Ребенок. Это искажает сознание жертвы, она думает, что на самом деле сама обманывает мошенника и руководит ситуацией.
Данная психология, конечно, не характерна для высокопрофессиональных преступлений, где мошенничество тщательно планируется, совершается организованной группой. Это, к примеру, квартирное рейдерство, или мошенничество, положенное в основу захвата предприятия. В любом случае, мошенничество – это игра в кошки мышки, где гарантом безопасности является отказ от игры. Если вы чувствуете, что в каком-либо предложении существует возможность обмана, необходимо отказываться от него.
Мошенничество имеет разнообразные формы. Одним из видов косвенного мошенничество является попрошайничество. Всем известно, что попрошайки работают организованно и основную прибыль они отдают организаторам, а сами довольствуются лишь питанием за счет «организации» и предоставлением жилья. Все это возможно потому, что попрошайка, ловко играет на таких качествах дающего: жалость, вина (откуп перед попрошайкой за свой личный успех), чувство собственного удовлетворения за совершение хорошего поступка.
Мошенничество можно разделить на общеуголовное, которое имеет место в бытовой сфере, в области личных имущественных отношений между гражданами, и экономическое. Под последним понимается мошенничество, посягающее на экономическую безопасность хозяйствующего субъекта независимо от форм собственности или на большую группу людей.
Экономическое и общеуголовное мошенничество имеют существенную криминологическую разницу. Различие состоит в характеристиках личности преступников и жертв, способах совершения мошенничества, детерминантах преступлений, суммах ущерба. Мы начнем с виктимологических характеристик общеуголовного мошенничества, имеющего во всем мире (Беларусь — не исключение) многовековую историю.
Жертвы общеуголовного мошенничества — лица, страдающие от мошенничества, совершаемого на мелком бытовом уровне: при покупке валюты с рук, при игре в наперсток и т. п.
Мошенничество обязательно связано с обманом, злоупотреблением доверием, и здесь особое криминологическое качество приобретает степень критичности, и доверчивости жертвы, своим поведением объективно способствовавшей мошеннику. Очевидно, что поведение жертвы, совершенно незнакомой с мошенником и слепо ему поверившей и поведение жертвы, хорошо знающей преступника и поддавшейся на обман, не могут быть одинаково расценены с криминологических позиций, если рассматривать это поведение как реализацию определенных качеств личности потерпевшего.
Большинство жертв мошенничества знакомы с преступником. Среди мужчин-потерпевших только меньше половины не были знакомы с преступником, а среди женщин-потерпевших этот процент поднимается значительно выше. По-видимому, причина такого положения кроется в характере мошенничества. Именно женщины — основная масса потерпевших от мошенничества, заключающегося в продаже поддельных золотых вещей и драгоценных камней, денежных и вещевых кукол, ворожбе, т. е. преступлений, совершаемых мошенниками, «работающими» исключительно в расчете на незнакомую жертву. Имеет определенное значение и семейное положение женщин, поскольку в ряде мошенничеств преступниками использовались такие интересы женщин, как удержание мужа или его возврат, привораживание жениха и т. д. Замужние женщины составляют около 90% от числа женщин-потерпевших.
С учетом специфичности мошенничества рассмотрим поведение потерпевшего по следующим позициям:
а) корыстное или провоцирующее;
б) излишне доверчивое, некритичное, основанное на суеверии;
в) положительное, т. е. не связанное с негативными мотивами или некритичностью потерпевшего;
г) создавшее условия, позволившие преступнику продолжать преступную деятельность.
При рассмотрении ситуаций следует иметь в виду, что здесь, как в любом мошенничестве, есть обман или злоупотребление доверием, а значит, чрезмерная доверчивость потерпевшего, однако превалирует по криминологическому значению все же корыстная заинтересованность, использованная преступником.
Так, если потерпевший сам обращается с просьбой, в его действиях уже есть момент толчка, в других случаях — налицо не столь активное, но также корыстное поведение. Для всех потерпевших (среди них немало людей с высоким образовательным уровнем) характерно сознательное нарушение моральных норм, в основе их поведения лежит откровенный эгоизм.
Иногда действия потерпевших перерастают в преступные: например, при попытках дать взятку через мошенника, который, конечно, просто присваивает полученные деньги.
Негативный, корыстный характер поведения потерпевшего очевиден и в случаях мошенничества, совершаемого «фармазонами» и «кукольниками». В данной ситуации потерпевшему вручается денежная или вещевая кукла, или он — «по дешевке» приобретает поддельное золото, драгоценные камни.
Чрезмерная доверчивость потерпевшего иногда реализуется в ситуациях, где подозрительность должна была бы быть естественным следствием конкретной обстановки.
Т. в бане спросил у встретившегося ему Л., где можно сдать в мелкий ремонт куртку, и тот, сориентировавшись, тут же представился ему мастером по бытовому ремонту. Т. вручил мошеннику куртку, даже не спросив, где находится мастерская, не удивившись тому, что заказы принимаются без оформления, прямо на лестнице.
Поразительную доверчивость проявляют потерпевшие от мошенни-честв, связанных с гаданием, ворожбой. Обычно потерпевшие поддаются на обещания излечить от болезни, возвратить или приворожить любовника, мужа, несколько реже — «навести порчу» на врага, соперника и т. д. В последние годы мошенничество этого рода поставлено на поток. Достаточно почитать объявления колдунов, магов и иных «специалистов», обещающих всякие чудеса.
Практика часто сталкивается с ситуациями, в которых мошенник выступает в роли официального лица, уполномоченного для сбора денег под различными предлогами. Причем легенды преступников нередко настолько неправдоподобны, что должны были бы по самым эле-ментарным соображениям вызвать сомнения у потерпевшего.
Б. собирала по квартирам деньги на поставку продуктов по очень низким ценам, и поверивших ей оказалось немало.
Среди жертв мошенников в таких ситуациях отнюдь не только лег-коверные, недостаточно образованные люди. Большинство жертв имеют среднее и более высокое образование. Надо сказать, что в ситуации с Б. некоторые лица, поддавшиеся на обман, догадались об этом и забрали деньги назад. Так что в подобных ситуациях можно говорить не только о некритичности, но и замедленной аналитической реакции, при которой ситуация оценивается потерпевшим с некоторым, в принципе нормальным, опозданием.
Объективно поведение любого потерпевшего от мошенничества, коль скоро оно дало возможность преступнику совершить преступление, носит в криминологическом плане негативный характер. Однако мы рассматриваем его как положительное, поскольку никаких практических возможностей разобраться в ситуации потерпевший не имел и никакие отрицательные качества его личности (прежде всего корыстность) преступником использованы не были. Среди ситуаций подобного плана следует назвать приобретение вещей по нормальной цене и в обычной обстановке, не дающей оснований опасаться обмана (в итоге выясняется, что вещь некачественная, или вообще обещанной покупки покупатель не получает).
Довольно широко распространены «сдачи квартиры внаем». По-терпевших нельзя упрекнуть в излишней доверчивости, так как они осматривают квартиру и только после этого вручают деньги. Истинный смысл поведения мошенника выясняется лишь после отказа во вселении на жительство.
Имеют место ситуации, когда потерпевший становится жертвой хорошо известного ему лица, обращающегося с просьбой о займе, предложением оказать вполне приемлемую услугу и т. д.
Практика насчитывает множество случаев, когда помимо или наряду с поведением потерпевшего, которое облегчило, сделало возможным совершение мошенничества в отношении его самого, поведение обманутого, последовавшее за совершенным преступлением, позволило преступнику продолжать преступную деятельность. С криминологических позиций такое поведение — одно из условий, способствующих совершению преступления. Это, однако, только одна сторона дела, ибо поведение потерпевшего в связи с совершением преступления, но уже после того, как это произошло, в определенном аспекте раскрывает криминологическую характеристику данного лица.
Рассмотрим эти ситуации. Нередко потерпевший, передав деньги мошеннику (часто сумму значительную) и убедившись, что его обманули, требует деньги назад, но, не желая придавать делу уголовно-правовую окраску, в милицию не обращается. В конце концов следует обращение в суд (не милицию) с иском о возврате денег, данных взаймы. Смысл такого поведения очевиден: получить назад деньги любой ценой, даже ухода от ответственности заведомого преступника. Потерпевший заведомо лжет относительно истинного содержания «сделки», но иначе он часто и поступить не может; например, передав деньги для взятки за по-лучение квартиры, рассчитывать на такой исход не приходится — можно оказаться на Скамье подсудимых рядом с мошенником. Активность потерпевшего, добивающегося возврата денег, может быть различной, но в любом случае время, которое преступник имеет на совершение других преступлений, следует отнести на счет потерпевшего.
Возврата денег потерпевшие добиваются и без обращения в суд. Они проявляют максимальную инициативу в розыске мошенника и получения денег, употребляя самые различные формы воздействия на него (от угроз до просьб). Иногда действия потерпевшего перерастают в самоуправные: он отнимает у мошенника вещи, продает их в счет долга. Инициативность потерпевшего отнюдь не выражение высокой сознательности; ему безразлично все, что лежит за пределами проблемы «деньги назад». Известны случаи, когда потерпевший терпеливо ждет очередного мошенничества и добивается возвращения денег из тех, которые преступник получил у очередной жертвы.
Нередки ситуации, в которых потерпевший, убедившись в обмане, никуда не обращается и не принимает мер к возврату денег. Мотивы такого поведения следующие: чувство собственной вины, понимание, что не следовало верить, убеждение, что «все равно ничего не вернешь», и т. д. Такое «бескорыстие», возможно, и выглядит более привлекательно и соответствующим образом положительно характеризует потерпевшего, однако криминологически оно означает создание обстановки, способствующей совершению новых преступлений, обстановки безнаказанности. Такое поведение несколько сродни непротиводействию в преступлениях против личности.
Весьма часто потерпевшие, получив назад свои деньги или вещи, никуда не сообщают о мошенничестве, хотя лично их материальным интересам привлечение мошенника к уголовной ответственности ничем не грозит. Откровенное равнодушие, безразличие к интересам других лиц и общества в целом часто определяют негативные криминологические характеристики этих потерпевших.
Очень часто потерпевший не сообщает в органы милиции о мошенничестве в случаях, когда причиненный материальной ущерб незначителен. Потерпевший сводит понимание общественной опасности мошенничества к денежной оценке ущерба, да к тому же присваивает себе право решать за государство, насколько в действительности опасны действия преступника. Такое поведение—это выражение общественной пассивности, правовой неграмотности, равнодушия к общественным интересам.
Встречаются ситуации, когда потерпевший избирает совершенно правильное направление защиты своих интересов, обращается в органы милиция, но делает это с таким опозданием, что преступник успевает совершить еще несколько преступлений. При этом надо иметь в виду, что промедление не связано с непониманием ситуации. Это следствие безынициативности, несообразительности, отсутствия чувства ответственности.
Таким образом, взаимоотношения жертвы и преступника в процессе совершения мошенничества весьма разнообразны, однако все они сводятся к завладению имуществом либо приобретению права на имущество путем обмана или злоупотребления доверием.